Происходящее сегодня — не ошибки и прорехи в миграционных законах

Лариса Шеслер 20.09.2021 17:07 | Общество 39

Мне трудно писать на тему нынешнего миграционного кризиса с трудовыми мигрантами.

Во-первых, потому что и мои товарищи сами оказались в роли мигрантов, и сами обдирали до крови кожу о колючую проволоку миграционных законов и чиновничьих кабинетов, и на себе испытали, насколько жестоки миграционные законы в России.

Во-вторых, потому что я сама — человек советский, и потому я интернационалист до мозга костей, и мне противны презрительные клички в адрес цвета кожи или разреза глаз. Хотя бы и потому, что моя мама — наполовину кореянка с очень характерной внешностью.

То, что происходит сегодня — это результат не ошибок и прорех в миграционных законах. Это прямое следствие кардинального противоречия между интересами капитала и интересами общества и государства.

В интересах хозяев бизнеса — заиметь бесправных, дешевых рабочих, за которых не нужно платить платежи в соцстрах, пенсионный фонд, отчитываться перед ведомствами по охране труда и т. д. В интересах общества и государства — приумножать свое население за счет лояльных граждан, которые хотят процветания и укрепления своей страны.

Но эти когорты людей абсолютно не только не совпадают, но и их цели зачастую прямо противоположны. Гражданин не будет работать, как раб. Раб всегда будет ненавидеть окружающих.

В 90-е после развала экономики на улице оказались миллионы квалифицированных механиков, строителей, электриков, токарей и т. д., готовых работать за копейки. Тогда и появилось убеждение, что за воротами — толпы голодных безработных. Не нравится — на выход

Через пятнадцать лет эти ряды заметно поредели, а сейчас в трудовой возраст вошло малочисленное поколение 90-х, которое на примере своих родителей отлично понимает, что тяжелая физическая работа очень плохо оплачивается, и обеспечивает раннюю потерю здоровья без всяких социальных гарантий.

Молодой москвич или питерец хорошо знает, что зарплата в 50–60 тысяч на стройке не даст ему возможность содержать даже себя, приобрести жилье в ипотеку, заиметь семью, отдыхать раз в год на море. Это работа на износ, когда любая производственная травма обрекает тебя на пожизненную нищету.

А владельцы компаний-застройщиков и не представляют, как это — из прибыли обеспечивать достойную зарплату, нормальную продолжительность рабочего дня и социальные гарантии для рабочих строителей. Им нужны просто бессловесные и бесправные винтики, которые будут молча лить бетон, вязать арматуру, и которых можно безнаказанно выкинуть за ворота в случае их болезни или сокращения заказов.

Такими рабочими и становятся мигранты-гастарбайтеры. Их увольняют без всяких правил и законов, их кидают на деньги, устраивают рабочую неделю с одним выходным, а продолжительность рабочего дня — 10–12 часов. Сколько жителей Луганска и Макеевки уехали из России, обворованные своими работодателями!

Это бизнесу выгодно за адский труд на складах WILDBERRIES платить копейки, облагая незаконными штрафами каждое неловкое движение.

Это бизнесу выгодно нанимать курьеров без всякого законного трудоустройства, возлагая на них ответственность за грузы и собственную безопасность.

С другой стороны работающим российским гражданам такая организация труда завозных рабочих страшно вредна. Стоимость рабочей силы в России несоизмеримо мала по сравнению даже с ВВП на душу населения и с прожиточным минимумом, и одной из главных причин тому является штрейкбрехерская сущность труда мигрантов.

Почему в прожиточный минимум граждан России не входит ни стоимость аренды жилья ни, тем более, минимальный платеж ипотеки, ведь сейчас жилье не получают бесплатно, как в Союзе?

В России минимальный прожиточный минимум — это минимум именно для гастарбайтера, который живет вдесятером в крохотной хрущевке, ест еду из магазина эконом-класса, и не помышляет о праве на ежегодный отпуск.

В этих условиях именно гастарбайтер становится идеальным трудовым ресурсом.

Именно поэтому понятны мотивы стонов всех бизнесменов — работать некому, россияне работать не хотят, нужно ввезти двести тысяч мигрантов.

В Советском Союзе действительно рабочих рук не хватало. Но тогда на стройках и заводах работали десятки миллионов людей, экономика развивалась, строились новые предприятия, города, железнодорожные магистрали, и задействовано было намного больше людей.

Но в московских СМУ работали москвичи (за исключением строек времен Олимпиады), москвичи строили дороги, работали на АЗЛК и заводе «Серп и молот». Да, были так называемые лимитчики.

Но в максимуме общий лимит на привлечение иногородних рабочих составлял 50 тысяч человек. И обычно «лимитчиками» были жители близлежащих областей — Тверской, Тульской, Брянской. И уж точно никому в голову не приходило завозить рабочих из Средней Азии.

Сейчас никто не считает чужими тех, кто приезжает на работу в Москву со всей России, хотя сюда едут на вахты даже из-за Урала. А вот миллион с лишним граждан Киргизии, Таджикистана и Узбекистана — очень даже заметны, хотя темпы развития и создания новых производств далеки от советских.

Немного о причинах такого обострения отношения к мигрантам. Понятно, что на работу в рабские условия приезжают не таджикские поэты, инженеры-электронщики или финансовые аналитики.

Едут малограмотные, готовые на любой труд рабочие, у которых главная мечта — скопить себе на дом, чтобы потом осесть у себя с семьей на родине. Если к этому добавить южный темперамент, традиционно азиатское отношение к женщинам, озлобление, связанное с постоянным угнетением, и полное отсутствие правовых понятий — и вот немалая часть из этих мигрантов выглядит, как стая «джамшутов» в поисках доступной добычи. Их личное бесправие оборачивается полным презрением к российскому закону.

И здесь в очередной раз сказалась очередная «оптимизация» правоохранительных органов. Сколько заявлений нужно написать жителям села Бужаниново, которые жаловались на приставания к девочкам мигрантов из общежития?

Куда девались участковые, когда в дачных домиках селятся бездомные мигранты?

А нет фактически участковых. Как сократили и ППС-ников, и гаишников из-за цифровизации. Бесконтрольность создает чувство безнаказанности, и вот уже вновь прибывший водитель выгоняет из автобуса пассажиров, чтобы совершить намаз среди белого дня. Я, кстати, когда-то писала, что один раз седобородый таксист, похожий на старика Хоттабыча, начал молиться, закрывать глаза и воздевать руки, будучи за рулем, на третьем кольце, стремительно передвигаясь по Сущевскому Валу в плотном потоке машин.

Я, конечно, потребовала остановиться и помолиться хотя бы, припарковавшись. И даже написала по этому поводу жалобу в Яндекс-такси. Но КАК такие люди вообще становятся водителями такси в Москве?

И еще одна опасность, связанная с миграцией. В чужом и незнакомом окружении национальные группы сбиваются в так называемые диаспоры. А в этих национальных сгустках устанавливаются свои порядки, свои законы, совершенно перпендикулярные законам Российской Федерации.

Эти диаспоры спаяны, они успешно коррумпируют миграционных и полицейских чиновников, они хорошо работают в связке с работодателями.

Но это очень небезопасно для общества и государства, как любая неформальная структура, нелояльная стране, которая легко мобилизуется и может стать ударной силой в любой заварухе.

Украинцы или белорусы не объединяются ни в какие диаспоры в России. Мы — дома. «Начинается земля, как известно, от Кремля!».

А жители из Средней Азии или стран Закавказья чувствуют себя чужими, и создают кокон, закрытый для других. Это нужно России?

Ну, а теперь традиционный вопрос — что же делать.

Во-первых, нужно серьезно изменять Кодекс о труде, возрождая настоящие профсоюзы, как минимум.

В новом кастрированном Кодексе, заточенном под хозяев, профсоюзы фактически лишены всех прав, которые имеются даже в западных странах. Существуй профсоюзы в реальности, они никогда не позволили бы олигархине Бокальчук так издеваться над работниками Wildberries, а богатейшим московским застройщикам нанимать иностранных рабочих на места, где вполне могли бы работать жители Подольска или Серпухова.

У настоящих действующих профсоюзов на любом крупном предприятии должно быть право голоса, есть ли целесообразность найма иностранцев.

Кроме того, если предприниматель заявляет о необходимости привлечь иностранцев, эти рабочие места должны быть сертифицированы и постоянно контролироваться — соблюдаются ли там все нормы охраны труда, условия проживания рабочих, соответствие этих рабочих мест количеству заявленных., пытался ли работодатель привлечь отечественных рабочих на этих условиях и т. д.

Создайте нормальные условия труда и нормально платите — и не нужно будет завозить рабочих чартерными рейсами.

И во-вторых. Действительно, России нужны люди, трудоспособные и трудолюбивые. Но в первую очередь эти люди должны быть своими. Если они еще не граждане России, они должны стремиться стать ими.

А это значит, нужно привлекать в Россию не гастарбайтеров, а тех, кто считает Россию своим отечеством, даже если они стали по воле судьбы после распада Союза гражданами других республик.

Россия — слишком сложно скроенная многонациональная страна, чтобы еще осложнять ее социальный мир межнациональными конфликтами с иностранными рабочими. Ее нужно скреплять лояльными гражданами, какими стали жители Крыма.

И какими будут жители Донбасса. И Одессы. И Харькова.

Лариса Шеслер

Источник


Автор Лариса Виленовна Шеслер — председатель Союза политэмигрантов и политзаключённых Украины.

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора